Потерянный мир

 

Пыльной и узкой горной тропой вёл за руку старик маленькую девочку к селению среди пещер. Он осторожно обходил острые камни и старался идти подальше от обрыва. Девочка не выпускала из рук самодельную тряпичную куклу, прижимая её сильнее к груди, когда ей становилось страшно. Наконец они вышли на широкую дорогу и вдалеке стал виден дым селения, значит скоро конец их небольшому путешествию. Девочка подёргала за руку старика, прося обратить на неё внимание.

– Деда, расскажи мне про города, про других людей, ты обещал.

Старик остановился, прищурив глаза он посмотрел на девочку и погладив ладонью своё поросшее щетиной лицо ответил:

– Раз обещал, тогда слушай. Я тогда ещё ребёнком был, чуть постарше тебя. Я со своими папой и мамой жил в высоком доме, где было много-много квартир…

– Деда, а что такое картир? - перебила старика девочка.

– Квартира, это дом для одной семьи, который находился внутри другого, большого дома. И квартиры там строились одна на другой, несколько квартир на одном уровне образовали этаж. В одном таком доме могло быть пять, десять и более этажей, и жили в них сотни семей. И таких домов в городе было много. Город был большой, чтобы попасть в другую часть города мы ездили на машине или автобусе. Ночью город сиял красивыми огнями, освещая дороги, здания и площади. По праздникам люди выходили на улицы и веселились. Звучала музыка, устраивали ярмарки со всякими вкусностями, люди радовались и танцевали. Иногда в праздники стреляли салюты, озаряя небо разноцветными огнями.

– Как молнии в грозу?

– Да, – старик сделал паузу, пытаясь вспомнить последний салют, который он видел на новый год. Ничего общего с молниями в тех салютах не было, но он решил слукавить, – наверное как молнии.

– Деда, а другие дети там были?

– Много детей. Пока мы были маленькими, мы ходили в садики, потом когда немного подрастали, ходили в школы, где учились читать и писать. Как вас учит читать и писать дядя Лёня. После занятий мы играли в свои любимые игры.

– А какие игры вы играли?

Старик задумался. Он не знал как объяснить маленькой девочке, которая ни разу в жизни не видела даже обычного телевизора про видеоигры, про виртуальную реальность, про джойстики. Про интернет, который соединял игроков со всего мира. Про то, что многих своих виртуальных друзей он никогда в жизни не видел, и знал о них только их вымышленные имена. Про то как они мальчишками мечтали стать профессиональными киберспортсменами. Он опять провёл ладонью по щеке и решил опять немного соврать:

– Гоняли мяч во дворе.

– И девочки тоже? – в голосе девочки одновременно было удивление и восхищение.

– Да, и девочки тоже.

– Здорово, деда! А наши мальчишки не хотят с нами играть и обижают нас, – тут же пожаловалась маленькая девочка. – Почему вы тогда ушли из города, ведь всё же хорошо было, правда? Почему вы оставили свои машины? Вот сейчас нам не надо было бы идти пешком.

Старик вновь остановился, он в раздумье поглядел на любопытную и умную не по годам девчушку. Он шумно набрал ртом воздух в грудь, его плечи приподнялись, и также громко выдохнул. 

– Дашенька, ты уже взрослая и умная, думаю ты поймёшь, а что не поймёшь сейчас, поймёшь со временем. Я расскажу тебе историю, как помню. Ты главное не перебивай меня. 

***

Однажды мой папа вернулся с работы очень расстроенным. Они с мамой разговаривали на кухне, и думали что я их не слышу. Папа рассказывал о руководстве  больницы, где он работал врачом. Он говорил, что начальство не желает заниматься лечением. И у больных есть выбор, либо платить за дорогую имплантацию, либо убираться восвояси. Папа возмущался этим фактом, его расстраивало то, что больница превращается в мастерскую по замене человеческих органов, и что жизнь человека обесценилась, но ничего поделать не может. 

Прошло несколько недель и я сам увидел то, о чём говорил папа. С нами учился хиленький мальчонка. Как-то во дворе он неудачно упал и сломал руку, но вместо того чтобы её выправить и залечить, в больнице ему вставили механический протез. Внешне протез не очень отличался от настоящей руки, но это было только внешне. К концу учебного года этот мальчик заменил на протезы обе ноги и другую руку. И так каждые полтора месяца он менял человеческие органы на импланты. Он сильно изменился. С каждой такой заменой в нём убывало что-то человеческое. Папа говорил, что без сердца человек становится бездушным. 

Вскоре учёным удалось полностью считать всю информацию из мозга и центральной нервной системы человека и перевести её в двоичный код. Теперь они могли полностью отказаться от органики и любой желающий мог из человеческой плоти переселиться в железную куклу. Но тут заметили, что с биологической смертью донора, реципиент годился только для выполнения простых работ, он как бы зацикливался на одном действии. Тогда людей-доноров в специальных лабораториях стали помещать в питательные растворы, где они находились в спячке.

Постепенно киборги и роботы заменили людей во всех сферах деятельности и мои родители остались не у дел, как и множество других взрослых. Людей, новоявленные хозяева, посчитали недостаточно расторопными и слишком хрупкими. Нас полностью обеспечивали провизией. Мы продолжали жить в своих домах и пользоваться всеми благами цивилизации. Я по-прежнему ходил в школу. Так продолжалось до тех пор, пока один из киборгов, бывший в прежней жизни заядлым охотником, не решил устроить сафари на живых людей. 

Наш город погрузился во мрак, страх обуял людей. Люди уходили из своих насиженных мест, стали объединяться в группы сопротивления, но куда нам воевать с машинами. Охотники были хорошо вооружены и оснащены, не знали усталости и не испытывали жалости. Их слух был тоньше, чем у летучих мышей, они могли видеть в полной темноте и всегда были на связи друг с другом. Загнанные люди отчаянно бились за свои жизни, что только раззадоривало охотников. В основном их охота начиналась ночью, таким образом они хотели держать нас в постоянном нервном напряжении и истощить нас. Оставаться в городе было глупо и опасно.  Маленькими группами мы уходили на юг. Нашей целью были горы, где мы и нашли себе укрытие. 

С тех пор прошло более пятидесяти лет, все эти годы мы жили с одной мыслью – вернуться в свои дома, вернуть своё. За это время мы собрали крепкую армию, вооружили их и научили их драться. Их цели не эти бездушные машины, а лаборатории, где лежат их доноры, без которых эти машины теряют всякий смысл к существованию. Скоро, совсем скоро мы сможем вернуться в свои города и начать жизнь по-новому. 

***

Старик замолчал. Они уже совсем пришли к своей цели. Дашенька ни разу его не перебила, как и обещала. Там, за перевалом, откуда она пришла со стариком, остался её папа. Он, как и остальные мужчины был в той армии, которая должна отправиться на поиски лаборатории. Она понимала, что они отправляются туда за её будущим, за будущим всего человечества. Она обернулась назад и прошептала: 

– Папочка, возвращайся скорее.

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии.

Комментарии